Домой     Журналы    Открытки    Страницы истории разведки   Записки бывшего пионера      Люди, годы, судьбы...

 

Забытые имена

 

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37 38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  77  78  79  80  81  82  83  84  85  86  87  88  89  90  91  92  93  94  95  96  97  98  99  100  101  102  103  104  105  106  107  108   109  110  111  112  113  114  115  116  117  118  119  120  121  122  123  124  125  126  127  128  129  130  131  132  133  134  135  136  137  138  139  140  141  142  143  144  145  146  147  148  149  150

 

  Гостевая книга    Форум    Помощь сайту    Translate a Web Page

 

    Список страниц раздела

 


 

Ефремов Иван Антонович

 (1907-1972)
 

Посланник грядущего. Фантастика Ивана Ефремова

 

...Не было на свете ни одного фантаста, который что-нибудь открыл или предсказал, за исключением Ивана Ефремова. (Кир Булычев)

 

Тайна Ивана Ефремова

 

 

 

 

5 октября 1972 года скончался известный советский ученый и фантаст Иван Антонович Ефремов. Не успела урна с его прахом обрести вечный покой, как в дверь ефремовской квартиры требовательно позвонили. В течение 13 часов службисты на глазах у возмущенной вдовы писателя Таисии Иосифовны методично перерывали дом вверх дном. Перечень изъятых предметов оказался абсурден: письма, старые фотографии, квитанции, тюбик с иностранной надписью, книга про Африку на английском языке, лекарственные препараты, коллекция минералов, разборная трость, палица из цветного металла — всего 41 пестрый пункт...

Спустя пару месяцев по итогам обыска было заведено уголовное дело. Среди прочего в нем фигурировала такая формулировка: «Имеются материалы, дающие основание полагать, что Ефремов не является тем лицом, за которое он себя выдавал». Кого же разглядели в писателе бдительные кагэбэшники? Британского шпиона, которым подменили настоящего Ефремова во время гобийской экспедиции? Есть версия еще абсурднее. Аркадий Стругацкий в одном из интервью иронизировал: в 70-е годы советские спецслужбы, не желая отставать от американских, решили заняться поисками инопланетян. А кого еще подозревать во внеземном происхождении, как не писателей-фантастов? И кому, как не Ефремову, выведшему отечественную фантастику далеко за пределы земной орбиты, оказаться первым в списке подозреваемых?

 

Богатырь из-под Питера

1925 год. Ефремов — препаратор Геологического музея. 1926 год. Ефремов — командир катера в Ленкорани.

 

В биографии Ефремова и вправду много необычайного. Будущий писатель родился в деревне Вырица под Санкт-Петербургом, и уже здесь начинаются разночтения. Согласно записи в метрической книге, это произошло в 1908 году, однако сам Иван Антонович указывал в официальных документах днем своего рождения 22 (9) апреля 1907. «Состарил» себя Ефремов еще в юности, чтобы пораньше начать самостоятельную трудовую жизнь.

От предков — купцов-староверов — Ефремов унаследовал высокий рост и огромную физическую силу: руками гнул подковы. Однако отношения с родителями не заладились. Позже писатель признавался, что в его судьбе Гражданская война сыграла благотворную роль, вырвав из косной мещанской среды. После революции он прибился к красноармейской автороте и стал «сыном полка». Был контужен под артобстрелом и после слегка заикался. Вспоминал об этом случае с добродушием, которое редко покидало ученого и писателя. После Гражданской войны восполнял пробелы в образовании, плавал матросом на Тихом океане. Романтика приключений и научного поиска влекла Ивана Антоновича с шести лет, когда он открыл для себя Жюля Верна. Ефремов был влюблен в море, однако тяга к науке все же перевесила.

Учился он быстро и творчески. Школу закончил экстерном за 2,5 года, столько же времени заняло получение высшего образования. В 18 лет провел самостоятельную экспедицию, через год совершил первое научное открытие. Сплав жизненного опыта, больших способностей и накопленных широких знаний сделали молодого ученого свободным от предрассудков. На стыке биологии и геологии он создал учение о закономерностях отложения ископаемых остатков — тафономию — и с его помощью предсказал обнаружение крупного кладбища динозавров в пустыне Гоби. Послевоенная экспедиция грузовиками вывозила оттуда останки древних рептилий. Ефремов получил широкую известность, советоваться к нему приезжали самые знаменитые палеонтологи мира. Ученый по праву

 

Иван Ефремов в гобийской экспедиции.

гордился своим достижением — но в гордости этой не было самолюбования. Он писал: «Появление тафономии впервые именно в нашей стране не случайно и отражает общее стремление советской науки к всестороннему охвату изучаемых проблем».

Экспедиция 1948—49 годов стала для Ефремова последней. Многочисленные разъезды, работа на пределе человеческих возможностей подорвали богатырское здоровье талантливого ученого: в 1941 году его даже не взяли на фронт. Однако почивать на лаврах Ефремов не мог. Ему был необходим простор, который он нашел в новом виде деятельности.

 

«Рассказы о необыкновенном»

 

Творчество Ефремова — это единый мир кристальной чистоты, насыщенный глубочайшей внутренней логикой. Прежде чем всецело посвятить себя писательскому труду, Иван Антонович накопил глубокие познания в области биологии, геологии, палеонтологии, приобрел бесценный практический опыт, написал множество научных работ. Мировоззрение ученого-естественника, убежденного материалиста задавало точный вектор его фантастическим произведениям, далеким от пустопорожнего фантазерства. Полновесностью и энциклопедичностью идей Ефремов резко выделяется из общего ряда писателей-фантастов. По свидетельству современников, его интеллектуальная мощь и особенное, планетарное мышление окутывало фигуру писателя аурой мудрости, обаяния и колоссального превосходства.

Приключения мысли — так Ефремов сформулировал свое писательское кредо. Ни до него, ни после ни один писатель не сводил на уровне художественной литературы столь значительный научно-философский материал. Уже после выхода своих первых рассказов он удостоился внимания скупого на похвалы Алексея Толстого, а также Льва Кассиля и Павла Бажова.

Ефремов дебютировал в литературе традиционной советской «фантастикой ближнего прицела». Здесь рассматривалось какое-либо открытие, на пороге которого стояли ученые, показывался путь к нему и практические результаты. В таких рассказах Ефремов оттачивал писательское мастерство и качество научного предвидения.

 

Наиболее нашумевший случай ефремовского «открытия на кончике пера» связан с якутскими алмазами. В рассказе «Алмазная труба» геологическая экспедиция находит алмазное месторождение на Сибирской платформе. А в 1954 году немного южнее описанного в рассказе места геологи действительно обнаружили кимберлитовую алмазоносную трубку именно по тем признакам, которые были обозначены Ефремовым. Как выяснилось, геологи, занимающиеся изысканиями, хорошо знали ефремовский рассказ и даже носили в рюкзаках сборник рассказов с «Алмазной трубой».
 

 

Современное издание рассказов Ефремова

 

Пусть это предсказание можно списать на научную прозорливость Ефремова-геолога — но не менее удивительное открытие последовало в области, далекой от научного поля деятельности Ивана Антоновича. В рассказе «Тень минувшего» герой-палеонтолог видит в преломлении солнечных лучей, отраженных от поверхности камня, объемное изображение динозавра. Именно этот эпизод вдохновил молодого физика Юрия Денисюка на открытие голографии, которую сам Денисюк поначалу считал невозможной.

И таковы чуть ли не все ранние рассказы Ефремова. «Озеро горных духов» предсказало открытие месторождения ртути в горном Алтае, «Атолл Факаофо» рассказал о рельефности дна мирового океана (еще в 30-е годы оно считалось плоским). В рассказе «Эллинский секрет» есть идея о «памяти поколений», подтвержденная опытами трансперсональной психологии. А после опубликования рассказа «Катти Сарк» англичане вспомнили, что этот клипер — их национальная гордость, и, отреставрировав его, создали в нем музей. К слову сказать, один писатель-фантаст нашел в произведениях Ефремова около сотни идей и тем для перспективных научных разработок. Но, пожалуй, эта цифра далеко не предел.

 

Эра Встретившихся Рук

 

Вершины творчества Ефремова — два романа о далеком будущем, «Туманность Андромеды» и «Час Быка». Будущее Ефремова — синтез высших достижений прошедших эпох, это очищенные от скверны и условностей кристаллы человеческого духа. Фантаст убежденно отстаивал мысль о том, что человеческая эволюция должна быть направлена на духовное и социальное развитие всего общества, поскольку физиологически вид homo sapiens больше не эволюционирует. Но он отдавал себе полный отчет в том, что построение совершенного мироустройства — задача не из легких. Писатель знал: бесполезна красивая мораль без твердых оснований. Поэтому Ефремов указывал на незыблемые основы всей жизни. Он писал не только о том, что надо делать, но и о том, почему надо делать именно это.

Прототипы главных героев «Лезвия бритвы» польская актриса Барбара Квятковска и итальянский актер Амадео Нацари.

Книги о далеком прошлом (дилогия «Великая дуга» и роман «Таис Афинская») органично сочетаются с фантастическими произведениями; они взаимно друг друга дополняют. Между книгами о прошлом и будущем есть и своеобразный мостик — роман «Лезвие бритвы». В нем писатель утвердил свою эстетику и представления о красоте как наивысшей мере целесообразности, впервые в русской литературе заговорил о йоге.

 

Книги Ефремова отличает особое отношение к женскому началу, перед которым он преклонялся. Писатель превосходно понимал: женщина — вдохновительница и охранительница, прекрасное всегда более закончено в женщине и отточено в ней сильнее. Восхождение любого общества неизбежно начинается с возвеличивания женщины — а там, где женское начало угнетается или уподобляется мужскому, наступает деградация. Галерея «ефремовских женщин», выписанных с великой любовью и уважением, достойна отдельного места в литературоведении.

 

Размышления об обществе будущего, о контакте с иными цивилизациями — внешне неожиданный скачок после «рассказов о необыкновенном» и исторической дилогии «Великая дуга». На самом деле все закономерно. Прошлое интересовало Ефремова не само по себе, а с точки зрения появления в нем ростков современного отношения к миру. В будущем же он надеялся увидеть эти ростки развившимися. Братство людей, объединенных общим творческим поиском, преклонение перед красотой и героическая самоотверженность — вот что по крупицам искал писатель в прошлом, приветствовал в настоящем и провозвещал в грядущем.

Публикация «Туманности Андромеды» началась в журнале «Техника — молодежи».

Ефремовское мышление особенно не только в силу строгой научности. Он был диалектиком — стремился рассматривать все проблемы, учитывая контекст их проявления. Ефремов считал себя воспреемником таких представителей русского космизма, как Константин Циолковский, Александр Чижевский и Владимир Вернадский. Вместе с этим он глубоко интересовался философским наследием семьи Рерихов — изучал книги Живой Этики. Многие ее идеи легли в основу «Туманности Андромеды» и «Часа Быка».

После ужасов мировых войн говорить о светлом будущем, особенно на Западе, стало почти неприлично. На этом фоне пророческая мощь и принципиальная новизна выстроенного Ефремовым здания особенно поражали. Писатель полемизировал с мрачными прогнозами, утверждая способность человека выпутаться из грозных ловушек. Художник обязан показывать пути выхода из тупиков развития — таково было убеждение ученого и писателя.

До Ефремова о будущем писали многие, в том числе и с попытками детально описать жизнь людей «прекрасного далека», — например, Герберт Уэллс или Владимир Обручев. Но такие книги обладали одной особенностью: описание производилось со стороны. Сам Ефремов так говорил об этом: «Я почувствовал, что могу уже что-то написать обо всем этом с определенной степенью реальности, то есть без ввода в действие простака, пионера или чудака-профессора, внезапно оказавшихся в обществе будущего. Мне хотелось взглянуть на мир будущего не извне, а изнутри».

Первое, с чем мы сталкиваемся в ефремовском будущем, — принципиально новые общественные отношения. Ефремов на деле, а не на словах был убежденным коммунистом, за что и подвергался преследованиям со стороны обывателей и многих партийных чиновников. Термин «ноосферный коммунизм» точно отражает то, о чем писал Иван Антонович. Достижения науки и техники у Ефремова вторичны. Отношения между людьми и сами люди — вот что интересовало писателя прежде всего.

 

Особое значение в будущем Ефремова придается молодежи. Молодые люди отнюдь не предоставлены сами себе. Только в условиях плодотворной занятости и правильного воспитания молодые люди не образуют агрессивную к чужакам закрытую субкультуру. Неформальные молодежные течения всегда были формой протеста против мира взрослых, против их лжи и лицемерия. В обществе Ефремова такой протест бессмыслен, потому что условия жизни отвечают главнейшим потребностям человека.

 

 

На Железной звезде. Кадр из фильма «Туманность Андромеды» (1967).

Взрослый человек — человек знающий, заинтересованный в плодах своей работы. Абсолютное физическое здоровье ведет к повышенной энергии существования, в результате чего жизнь не может ограничиваться рамками одной личности. Любой может выдвинуть какое-либо предложение, хотя бы и в масштабах всей планеты, и оно будет обсуждаться, если действительно хорошо продумано.

Умение руководить — самое насущное в таком обществе, потому что власть в нем основана не на страхе или слепой вере, но исключительно на компетентности и рациональном доверии к доказавшему свою состоятельность руководителю. Поэтому в ефремовском будущем нет убежденных консерваторов или сторонников безоглядного прогресса. Сами принципы принятия решений здесь иные. Каждое конкретное предложение анализируется с точки зрения возрастания человеческого счастья и общего восхождения человечества. Этим занимается Академия Горя и Радости. Мудрость определяется Ефремовым как сочетание знания и чувств. А это и есть понимание необходимости тех или иных поступков. На Совете Звездоплавания Гром Орм произносит чеканную фразу: «Мудрость руководителя заключается в том, чтобы своевременно осознать высшую для настоящего момента ступень, остановиться и подождать или изменить путь».

Так и поступают. Сознательно задерживают развитие парапсихической сферы, потому что не до конца отточено психофизиологическое совершенство и опасен риск потери контроля над психикой. Отказываются от заселения планет с высшей жизнью, потому что тогда неизбежно непонимание и насилие. Дар Ветер не дает добро на проведение рискованного опыта по поиску эффекта телепортации. Но все-таки общество оправдывает героев этого опыта и признает его огромное значение для науки.

Естественно, составлять такое общество могут только люди, которые готовы принимать выверенные решения и воплощать их в жизнь, чутко реагируя на происходящее. Люди с широкими взглядами и тем избытком понимания и великодушия, который не позволит замыкаться на личных желаниях и проблемах. Ефремов пишет: «Чуткая внимательность ко всему была характернейшей чертой людей эпохи Кольца». Велико и

 

Низа Крит и Эрг Ноор. Кадр из фильма «Туманность Андромеды» (1967).

 доверие их друг к другу. Это правило, а не случайная проницательность в мире заблуждений, капризов и поспешных решений. Поэтому уважается воля другого человека, подразумевается само собой, что человек принял обдуманное решение, и уговаривать его изменить это решение — проявить неуважение.

Герои ведут напряженную творческую жизнь, никто из них не прозябает в рутине. Ефремов утверждает непреходящую ценность античных представлений о калокагатии — единстве физической, эмоциональной и нравственной сферы человека. Психолог Эвда Наль утверждает, что психическая сила обязательно должна порождаться сильным здоровым телом, иначе неизбежно произойдет перекос в развитии. Отправляется поразительная по дерзости экспедиция к Ахернару — основывать первую колонию в глубоком космосе. Романтика научного поиска провозглашается основой общественной жизни.

В «Часе Быка» сведены воедино утопия и антиутопия. Земляне эры Встретившихся Рук сталкиваются с жестокой диктатурой на планете Торманс. Описание и вскрытие природы тоталитарного общества были столь ярки и проницательны, что власть имущие обнаружили в романе «клевету на советскую действительность» и книга была запрещена. Однако, рисуя планету с нарушенной экологией, людей с трагическим перекосом сознания, Ефремов критиковал далеко не только советский или китайский строй, но и западные либеральные ценности. По сути, идеальные герои писателя смотрят со стороны на наш мир. Роман становится лабораторией по исследованию природы человека и тех причин, которые толкают его на саморазрушение.

Наступит ли Час Быка на Земле? Вот мнение самого Ефремова, изложенное им через год после выхода романа (в 1968 году !!! )в письме американскому коллеге-палеонтологу:

 «Мы можем видеть, что с древних времен нравственность и честь (в русском понимании этих слов) много существеннее, чем шпаги, стрелы и слоны, танки и пикирующие бомбардировщики. Все разрушения империй и государств и других политических организаций происходят через утерю нравственности. [...] Поколения, привыкшие к честному образу жизни, должны вымереть в течение последующих двадцати лет, а затем произойдет величайшая катастрофа в истории в виде широко распространяемой технической монокультуры, основы которой сейчас упорно внедряются во всех странах».

 

Однако Ефремов не только констатировал грустную действительность, на чем останавливались многие до него, но и наметил пути ее преодоления. Первым шагом подъема из безысходности инферно (так писатель назвал общественный строй Торманса) должно стать насыщение ноосферы светлыми образами и создание соответствующего образа человека. Второй шаг — создание критического количества таких людей. Третий — качественное переустройство общества.

Сам Ефремов своим творчеством и своей жизнью дал образец первых двух шагов. Должен их пройти и каждый человек, заинтересованный в наступлении светлого будущего.

 

Это интересно

 

  • -В честь писателя названы малая планета Ефремиана, динозавр Ivantosaurus ensifer (ивантозавр меченосный), минерал «ефремовит», литературная премия на Всероссийском фестивале фантастики «Аэлита».

  • -Иван Ефремов стал кандидатом наук до получения диплома о высшем образовании и без защиты диссертации. Степень доктора биологических наук присвоена ему в 34 года. А в Союз писателей он был принят без заявления, рекомендаций и прочих формальностей.

  • -У Ефремова была фотографическая память. В свободные часы во время экспедиций Иван Антонович по памяти начитывал целые книги.

 

 


 

Жизнь и предсмертные письма Ивана Ефремова

 

Будучи русским патриотом, Иван Антонович принимал близко к сердцу любые попытки ущемить интересы отечества. Эта позиция четко проявляется в его переписке с издательством «Агентства печати «Новости». Известный писатель-фантаст Анатолий Днепров, работавший в издательстве, обращается к Ефремову с просьбой дать какой-нибудь материал для зарубежья, не публиковавшийся в России. Иван Антонович даёт отповедь этому предложению издательства.


Письмо Днепрова Антонову
...Британское издательство «Макги-бон» в прошлом году издало сборник фантастики советских писателей. Сборник был составлен из опубликованных у нас материалов, и... имел успех. Сейчас они обратились к нам с предложением подготовить еще несколько сборников, но с одним существенным «НО». В них должны быть включены произведения, не опубликованные в СССР или где-нибудь еще!
Издательство АПН обладает исключительным правом в СССР передавать за рубеж неопубликованные у нас рукописи. Оно платит авторам гонорар, а зарубежные издательства, куда рукописи перепродаются, переводит в СССР валюту. Через полтора года после издания рукописи за границей автор имеет право опубликовать ее в СССР на обычных основаниях.
Сейчас я комплектую следующий сборник научной фантастики для Англии. Не могли бы Вы каким-либо образом принять в нем участие? Может быть, у Вас есть рукописи, которым по некоторым причинам нужно ждать, долго ждать напечатания дома? Может быть, у Вас есть написанная статья в советской научной фантастике, которая не была опубликована в СССР? Любые Ваши предложения, Иван Антонович, будут для нас очень ценными... 14 июня 1967 г.
Искренне Ваш Анатолий ДНЕПРОВ (Мицкевич)


Ответ И. Ефремова А. Днепрову

 
С. Рерих, «Наставник» - прототип гуру Свами Витаркананда («Лезвие бритвы»).

 


...На Ваше предложение опубликовать в британском издательстве что-либо, до сей поры не опубликованное у нас, могу ответить только лишь отказом.
Не говоря уже о том, что все мои запланированные произведения «закуплены на корню», я считаю подозрительным желание издательства «Макгибон» обязательно издать не опубликованные у нас произведения. С коммерческой точки зрения для английского читателя совершенно безразлично, есть или нет русское издание произведения. С патриотической и моральной стороны, я — русский писатель и пишу на русском языке для русского народа. Все другие народы благоволят меня переводить с изданных у нас книг.
Я не вижу ничего удивительного, если тот или другой журнал или редакция обратится ко мне персонально, как знатоку того или другого вопроса, с просьбой написать для них статью, очерк или предисловие. В этом случае я напишу для английского читателя на английском языке. Но это частный случай, в целом же творчество мое пишется для моего народа.
Мне представляется, что пропаганда нашей научной фантастики должна вестись именно путем переводов напечатанных по-русски произведений. Другой путь представляется мне ошибочным.
4/VII 67

Мир ефремовских героев

 

 

Фрагмент протокола обыска

 

Пожалуй, одним из самых интересных объектов исследования в творческом процессе Ивана Ефремова станут со временем его «альбомы». Каждый «альбом» — это объемистая папка, в которой собраны записи, связанные с общей конструкцией будущего произведения, обликом действующих лиц, и также хронологические расчеты, таблицы и разнообразный справочный и информационный материал, заметки по всем вопросам, имеющим отношение к данному произведению.
Страницы рукописного текста перемежаются с вырезками и фотографиями людей, которые могли бы послужить прототипами героев будущего романа. Здесь очень много красивых женщин разных рас и народов, мужчин — актеров, культуристов, просто знакомых. Жанровые и исторические картины; ландшафты и городские пейзажи; подборки по животным. Особенно подробны материалы по лошадям — наряду с картинами и фотографиями здесь собраны таблицы и даже анатомические данные животных.
В «альбоме», посвященном «Тайс Афинской», собраны изображения деталей древней архитектуры, старинные орнаменты, скульптуры, ансамбли зданий. В «альбоме» «Лезвие бритвы» — фотографии и гравюры индийских храмов, скульптур и барельефов.

К сожалению, рассказывая об архивах Ефремова, мы можем ознакомить читателя лишь с самой незначительной частью этого почти не изученного литературоведами богатства. Не имея возможности выехать за рубеж — писателя не выпускали из страны, — Иван Антонович собирал буквально по крохам все, что могло пригодиться ему для создания бессмертных произведений. Можно представить себе, как обогатился бы мир Ефремова, если бы ему довелось посетить ту же Индию или Грецию, где он мечтал побывать. Увы, ему приходилось довольствоваться картиной мира, являвшейся лишь в отраженном свете. И все равно он был прекрасен, этот мир ефремовских героев!


Нашел себя в обличье новом


Несмотря на гениальность и патриотизм Ефремова известно, какая чудовищная провокация осуществлялась на протяжении многих лет против Ефремова спецслужбами КГБ. Разрабатывалась версия о том, что И. А. Ефремов — английский шпион, которым настоящий Ефремов был подменен во время экспедиции в пустыне Гоби...
Ровно через месяц после смерти Ивана Антоновича, 4 ноября 1972 года, в его квартире в присутствии жены Таисии Иосифовны и понятых, приглашенных из домоуправления, был произведен обыск. Он длился около 14 часов, с 10.40 утра до полуночи. В «поисках антисоветской литературы» участвовало двенадцать человек в милицейской форме и в штатском.
— Целый день до поздней ночи квартира была буквально забита посторонними людьми, — вспоминает Таисия Иосифовна. — Непрерывно сменяя друг друга, они обшаривали не только кабинет писателя, но и спальню, кухню, даже ванную и уборную. Постранично просматривались рукописи, книги, журналы, коллекции редких металлов и кристаллов, которые всю жизнь собирал Иван Антонович. В процессе обыска специалисты использовали металлоискатель и рентгеновский аппарат, проверяли стены, полки, мебель.
Руководитель обыска полковник Хабибулин по ходу дела вел переговоры по радиотелефону, видимо, с машиной, дежурившей во дворе.
В результате обыска ряд книг, рукописей, писем и предметов были изъяты... Вернули все лишь через полтора месяца.
С интересом рассматриваем акт об изъятии. Что же интересовало чекистов? Что потребовало многодневной экспертизы в лабораториях Комитета?
Вот перечень всего лишь нескольких предметов из 49, изъятых из квартиры писателя. Фото — мальчик во весь рост без головного убора во френче. Детский портрет Ефремова. (Чекистов заинтересовало: почему во френче?)


Фото — мужчина с пистолетом и ножом в руках, на голове шапка, голова обернута в материю. 1923 г. Юноша Иван играет в пирата. Конверт с надписью: «Фаюте-Зебрику (моей жене) от И. А. Ефремова». В конверте два письма на белой нелинованной бумаге. Текст первого начинается со слов: «Милая, бесконечно любимая»... и заканчивается словами: «...1—7 мая 1966 г. Прощай». Второе начинается со слов: «Тебе, моя самая, самая»... Заканчивается «Ласка жизни моей. Волк». Удостоверение на имя И. А. Ефремова об окончании школы в 1924 г. (Пометка: в записи отчества и года рождения имеется подчистка.)
Книга иностранная, «Экология Африки», на стр. 8, 20, 48 и 122 заложены засушенные натуральные листья деревьев. Стихотворение на одном листе. Начинается словами: «Нашел себя в обличье новом»...
Оранжевый тюбик с иностранными словами. (Как оказалось, японский клей.) Советская электролампочка, на цоколе ее текст: «ТН-20-220 в. VI-69». Химические препараты в 12 пузырьках. (Гомеопатические лекарства.)
Книга Брема «Жизнь животных», т. 10—735 стр. (В кустарном переплете возможен тайник.)
Металлическая палица с короткой цепочкой и деревянной ручкой (старинное оружие).
Разные письма по нескольким адресатам. Среди них и последнее письмо, полученное из США.
Две коробки с различными металлами и кристаллами. (Коллекции возвращены после анализа с конкретным обозначением металла.)
«Глядя на перечень изъятого, невольно поражаешься некомпетентности людей, пришедших разоблачить Ивана Антоновича, и совершенством техники, которая использовалась при обыске, — говорит Таисия Иосифовна. — Кстати, наблюдение, которое велось за кабинетом писателя, осуществлялось, по-видимому, с верхнего этажа школы, что напротив окна. Наблюдатели использовали для этого мощную оптику».

 

 

Иван Ефремов, документальный фильм "Оседлавший дракона" (2004)

 

 

 

 


 

Из писем и записных книжек

 

"Мальчик во френче" - так обозначена эта фотография в протоколах обыска

 


Иван Ефремов принадлежит к классикам научной фантастики. Его произведения издавали более 400 раз суммарным тиражом около 20 миллионов экземпляров. Но хотя читатели хорошо знакомы с ефремовским творчеством, о его личной жизни, привязанностях, привычках, интересах известно сравнительно мало. Он считал эти сведения несущественными и все откладывал написание подробной автобиографии, ограничиваясь скудными анкетными данными и редкими автобиографическими эпизодами, угадываемыми в его произведениях. Обладая феноменальной памятью, он, по-видимому, и в конце жизни мог без труда восстановить все нужное. Но для читателей, особенно для поклонников и исследователей его творчества, эта потеря ощутима.
В бумагах Ефремова сохранился конверт с двумя письмами 1966-го и лета 1972 года, а также записная книжка с советами для жены. Сегодня, спустя двадцать лет после его кончины, она впервые показала эти документы. В них глубже раскрывается личность Ефремова, его представления о настоящем, тревоги о будущем, история прижизненных и посмертных событий. Часть советов касается судьбы архивов, уничтожения или переиздания опубликованных рукописей, публикации наиболее полных (не испорченных правкой редакторов, как писал Иван Антонович) текстов. Отдельные замечания по будущей публикации исправленного им экземпляра рукописи «Час быка». Особенно любопытно распоряжение о библиотеке:

...Не слушать, когда будут говорить, что библиотеку надо оставить целиком. Она не монолитна и состоит из книг, нужных для работы и понравившихся для чтения. Все это целиком не нужно никому, кроме меня, теперь — тебя. Но уже как средство к существованию, не больше...


Наверное, с этим трудно согласиться, если оставить в стороне заботу и тревогу Ивана Антоновича о материальном обеспечении будущего вдовы. Ведь библиотека выдающегося человека — это уже историческая ценность, в какой-то степени отражающая энциклопедичность и диапазон интересов владельца.
В том же первом письме Таисии Иосифовне Иван Антонович особо подчеркивал:

...Помнить, что все письма, ни экспедиционные, ни семейные, фото, записи, адреса — ничего не сохранилось от периода 1923— 1953 гг. Я все уничтожил, опасаясь, что в случае моего попадания в сталинскую мясорубку они могут послужить для компрометации моих друзей. По тем же причинам я сам не вел никаких личных дневников. Экспедиционные дневники самой большой и интересной экспедиции 1934—1935 гг.— Чарской — таинственным образом исчезли с картами в геологическом институте Академии наук...


Здесь уместно небольшое отступление, связанное с приведенным отрывком. Среди бумаг Ефремова найдена анкета начала 60-х годов с ответами журналисту. В ней на вопрос: «Ведете ли вы дневник?» — писатель ответил: «В наше время нельзя. После культа личности все отучены. Писал бы...» Этот ответ объясняет многое.


Посмертно найденные письма Ивана Антоновича и книжка с советами для жены проникнуты словами заботы, печали, тревоги, глубокой любви и благодарности. Ими могла бы гордиться любая женщина. В 1966 году у Ивана Антоновича был отек легких, его нельзя было перевозить, и сорок дней он оставался дома. Позднее из больницы в письме от 1—7 мая он писал жене:

...Я должен тебе это написать. Состояние моего сердца такое, что может быть всякая случайность практически в любой момент. Это совсем не значит, что я живу сейчас, когда пишу это, под страхом или предчувствием, или не хочу жить. Вовсе нет. Мне хотелось бы пожить для тебя как можно дольше, конечно, более или менее здоровым, во всяком случае, в приличном состоянии. Я так крепко и глубоко люблю тебя, что весь без остатка привязан к тебе, но было бы не мудро и трусливо не видеть возможности внезапного конца, на который, в силу болезни, больше шансов, чем у других людей. Так вот, на случай внезапности, когда я и сказать-то тебе ничего не успею, а ты будешь так нуждаться в том, чтобы я тебе посоветовал, как быть, я и написал эти советы: конечно, меня надо сжечь, а урну или похоронить, ... хорошо бы на Карельском перешейке на... маленьком кладбище. Это не спешно... Помогут Дмитревский, Брандес, вообще ленинградцы. Если это трудно, то неплохо попросить летчиков, летающих над горами Киргизии или в Казахстане, в районе Иссык-Куля бросить с вертолета над скалистыми вершинами Тянь-Шаньских гор. В этом может помочь Андрей Меркулов, даже О. К. Антонов, если ему написать. Но Карельский как-то лучше, ближе к тебе...
...Письма читателей и рукописи отдать в Институт русской литературы (ИРЛИ), если им надо (Иван Антонович их передал сам).
...Мои прежние записи сохранить у себя, будет время — разобрать. Может, там будут мысли, полезные Стругацкому или нужные для какого-нибудь очерка... ...Литературные записи по Монголии и Китаю можно отдать в ИРЛИ, если им нужно. При перепечатании моих книг или переводов ничего не позволяй сокращать (подчеркнуто Ефремовым). Издавать только полностью, но уже изданным текстом... Если успею написать еще две-три книги сверх «Лезвия», тогда останешься моим издательским представителем и хранителем материалов. Я очень виноват... что не сумел тебя обеспечить, но это требует много времени в нашей скверно устроенной стране. А вот времени-то нам и не вышло...


«Иван Антонович очень боялся, что меня попросят освободить «большую» (из двух комнат!) квартиру и обменять ее на однокомнатную, — рассказывала Таисия Иосифовна, поэтому он писал»:

...Не говори никому, что после меня остались какие-нибудь литературные рукописи (их действительно не осталось), чтобы не привлекать ничьего внимания. Зато говори, что осталось много архивов, писем, научных фотографий, которые надо разбирать, расклеивать по альбомам, так же, как и научную литературу. Все это поможет оборонять квартиру, хотя, может, и не будут выталкивать...
...Очень опасайся всяких высказываний. Ты вспыльчива и можешь наговорить чего-нибудь, а может быть, люди будут тебя сами провоцировать, или донести, или воспользоваться каким-либо добром. Особенно, если считают, что у тебя 30 шубок и миллион на сберкнижке. Никто не поверит, что мы с тобой ничего не накопили, кроме разве книг. Вообще помни, что, пока тебя будут рассматривать как вдову писателя И. Ефремова, к тебе могут лезть с разными вопросами и воспоминаниями. Но ты уже знаешь цену корреспондентам...
...Одно дело, пока ты со мной. В случае чего, тебя не тронут из-за меня. Если, конечно, самого не тронули бы. Оставшись одна, ты подвергаешься опасности любой провокации... Может прийти сволочь, прикинувшись твоим или моим другом, а потом обвинить в какой-нибудь политической выходке и схватить, а то и посадить... Вот это памятуй всегда, не пускай неизвестных людей; пустив, никогда не говори откровенно...
...Люди, чтобы ощутить свое превосходство, стараются унизить «ближних». Поэтому, если будут болтать или даже осмелятся сказать тебе, что вот, мол, она ничего собой не представляла, а Ефремов сделал из нее человека, не поддавайся и не возмущайся. Никто не мог «сделать» тебя такую, какая ты есть, твоя индивидуальность и есть неповторимая и неоспоримая драгоценность. Естественно, что, прожив со мной столько лет, ты многому научилась просто из-за энциклопедичности моих знаний. Но ведь и я многому научился от тебя, и, прежде всего, стал гораздо лучше в постоянном свете и тепле твоей любви. Поэтому знай себе цену и никогда не обращай внимания на подобную болтовню...


Таисия Иосифовна: «Во время болезни Ивана Антоновича в 1966 году я каждый день приходила к нему в больницу Академии наук. Однажды мужа не оказалось в его одноместной палате: его неожиданно перевели из трехместной палаты в одноместную. В другой раз также не оказалось в палате - сказали, что увезли делать кардиограмму, хотя обычно делали это на месте. И только после кончины Ивана Антоновича я узнала, что во время его отсутствия в палате ставили подслушивающее устройство. Ожидалось посещение мужа английским критиком-литературоведом Алланом Майерсом... Другой случай: в последнее лето при отъезде на дачу шофер сказал: «Иван Антонович, в вашем доме кого-то «пасут». Мы были в полной уверенности, что не нас. Мы жили так открыто и на виду, ничего не скрывали... Однажды во время телефонного разговора вмешался со своими комментариями мужской голос. Возмущенные, мы с сестрой позвонили на телефонный узел и в конце концов получили раздраженное разъяснение: «У вашего телефона подсадка».
Предчувствия и опасения Ивана Антоновича сбылись. Вспомним тот посмертный шабаш-обыск, учиненный на его квартире у вдовы. А ведь он был лишь заключительным аккордом многолетней возни «органов» вокруг выдающегося писателя. Как же не вспомнить тут слова Владимира Набокова, что есть еще посмертное надругательство, без которого никакая святая жизнь несовершенна.
В том же письме из больницы накануне своего дня рождения Иван Антонович продолжал:


...С 1955 года ты непрерывно оберегаешь меня, как ребенка, отдавая все свои силы... чтобы было спокойно и светло, оберегаешь как человека, как писателя от психов и подлецов, лезущих ко мне, и все это вместе с помощью мне в рукописях, почти бесконечных телефонах... Я, конечно, устал от жизни, от своих постоянных болезней, от большой работы и от частой своей беспомощности и, не будь тебя со мной, уже окончил бы свой жизненный путь. Но сейчас, пока ты со мной, я (и это чистая правда) счастливей, чем когда бы то ни было, потому, что милостивые боги послали мне такую чудесную, любимую, как ты, моя Фаюта (так часто называл жену Иван Антонович)... В это трудно поверить кому другому, но каждый день и, особенно, вечер, проведенный без тебя, кажется бесконечно пустым. Я могу читать, писать, размышлять о чем угодно, но нужно, чтобы ты была тут же. Иначе даже трудно описать, какое беспросветное чувство одиночества и тоски овладевает мною. Никогда еще не было в жизни так, и это не от слабости и болезни, хотя, конечно, они усиливают это ощущение. То, что не могу, если уж очень хочется, встать и одеться и удрать к тебе. Помнишь, как писал Толстой о Телегине и Даше — той единственной двери, до которой бы дотащиться, даже умирая...


Из письма Ивана Ефремова, написанного летом 1972 года незадолго до кончины:

 

Таисия Иосифовна и Иван Антонович

...И уходя, больше всего беспокоюсь о том, что не смог создать тебе даже необходимые, на несколько лет, скажем, десять, запаса денег, словом, ничего. И горько еще, что не умею я писать как следует, чтоб передать миру всю неувядаемую прелесть твоей души, заботы и добра, которыми ты окружила... последние, болезненные годы моей жизни. Я никогда не чувствовал себя, несмотря на неизлечимую болезнь, ни одиноким, ни больным, так нежно и добро ты обставила мою жизнь... Прости меня, маленькая, это не чувство вины..., а досада на судьбу, которая не дала мне возможности хотя бы собственным творчеством показать тебе всю драгоценность твоей души... Если бы ты только знала, насколько лучше я стал в жизни с тобой, ты бы поняла, что созданием самых лучших своих произведений я обязан только тебе, тому высокому огню души, который ты сумела зажечь и поддерживала его во всех болезнях и невзгодах нашей с тобой жизни...
...В этом же конверте письмо, написанное... давно, в 1966 году во время болезни. Там я прошу тебя о разных способах похорон, но все это от больного одиночества. В моем теперешнем нормальном состоянии все это кажется ненужным, остается лишь просьба сжечь... рассыпать где-нибудь в степи или в горах, невозделанных, непаханых... а в общем, как сама захочешь...
...Мне бы хотелось, чтобы ты побывала в тех местах, где мы были с тобой и где я мечтал побывать с тобой вместе. Съезди, конечно, в Ленинград и на Карельский, пройдись по ботаническому саду и Кировским островам, посмотри на Буддийский храм и на озеро Красавица, съезди в Крым, посмотри на Ай-Петри, погуляй в Никитском саду под нашими любимыми кедрами и секвойями, съезди в Гурзуф и особенно в Уютное, где Генуэзская крепость и «Фаютин сад». Искупайся в Новом Свете, побывай в Феодосии и дойди до Берегового. И во всех этих местах я буду с тобой, потому, что мои глаза смотрят на все это рядом с тобой, и большое счастье нашей любви жило здесь вместе с нами...


Впервые публикуемые строки из глубоко личных семейных писем приоткрывают нам внутренний мир Ефремова-человека с его чувствами, тревогами, радостями и печалями. Многое из того, что он видел, пережил, о чем предупреждал, стало чрезвычайно злободневным и очевидным в наше трудное и сложное время. Многие из нас читали «Час быка» и невольно сравнивали мир ефремовского Торманса с жестокой, неустроенной и тревожной жизнью на нашей планете. И трудно не согласиться с мнением одного из читателей этого замечательного романа: «Только он мог в чужом, варварском и непонятном мире... увидеть искры человечности, которым не дано было погаснуть. А он мог их увидеть потому, что сам был озарен их позднейшим светом и нес этот свет в своей душе».

Текст подготовлен П. К. ЧУДИНОВЫМ по материалам Т. И. ЕФРЕМОВОЙ.

 

источники - http://ussr.2084.ru/efremov.htm    http://www.mirf.ru/Articles/art1873.htm   http://unbelievable.su/articles.php?id=415

 

 

Откровение Ивана Ефремова

 

 

 

 

 

 

Полное электронное собрание сочинений Ивана Ефремова

 

Файл Название книги Описание
text.gif (229 bytes) efrem01.zip И.А. Ефремов "Рассказы"      В этот сборник сочинений Ивана Антоновича Ефремова (1907 - 1972) вошли рассказы разных лет: "Встреча над Тускаророй", "Эллинский Секрет", "Озеро Горных Духов", "Путями Старых Горняков", "Олгой-Хорхой", "Катти Сарк", "Голец Подлунный", "Белый Рог", "Тень
минувшего", "Алмазная Труба", "Обсерватория Нур-и-Дешт", "Бухта Радужных Струй", "Последний Марсель", "Атолл Факаофо", "Адское пламя", "Юрта Ворона", "Афанеор, дочь Ахархеллена", "Пять картин".
     Писатель обращается к непонятным и загадочным явлениям природы, показывает характеры мужественных, деятельных людей.
text.gif (229 bytes) efrem02.zip И.А. Ефремов "Дорога Ветров" "Дорога Ветров" - заметки путешественника, знакомящие читателя с интересной областью Центральной Азии, а также с достижениями палеонтологической науки.
text.gif (229 bytes) efrem03.zip И.А. Ефремов "На краю Ойкумены" Повесть "На краю Ойкумены" уводит читателя в Грецию и Египет XI - X вв. до н.э. и рассказывает о приключениях молодого скульптора грека Пандиона.
text.gif (229 bytes) efrem04.zip И.А. Ефремов "Туманность Андромеды" Квинтэссенцией социальных и философских размышлений Ефремова о далеком будущем, стал масштабный и беспрецедентный в советской литературе роман "Туманность Андромеды".
text.gif (229 bytes) efrem05.zip И.А. Ефремов "Звездные корабли" Сюжет повести - находка кости динозавра с загадочной пулевой (лучевой) пробоиной, затем - черепа человекоподобного инопланетянина и его "портрета", - послужил отправной точкой главного философского построения Ефремова: идеи множественности очагов разума во Вселенной, сходства путей, по которым идет эволюция на различных планетах (с
неизбежностью обеспечивая в результате общий физический облик и психологическую конструкцию - "гуманоидность" - для всех носителей разума), и ее неизбежной перспективы - "Великого Кольца" цивилизаций.
text.gif (229 bytes) efrem06.zip И.А. Ефремов "Сердце змеи" В этой повести Ефремов описывает первый контакт землян с представителями инопланетного разума. Встречу в космосе с жителями "фторной" планеты.
text.gif (229 bytes) efrem07.zip И.А. Ефремов "Лезвие бритвы" Приключенческий роман "Лезвие бритвы" поднимает проблемы изучения возможностей человека, резервов его психики, использования знаний,  добытых тысячелетней практикой разных наук, в частности хатха-йогой.
text.gif (229 bytes) efrem08.zip И.А. Ефремов "Час Быка"      Квинтэссенцией социальных и философских размышлений Ефремова о далеком будущем, стал масштабный и беспрецедентный в советской литературе научно-фантастический роман "Час Быка".    
text.gif (229 bytes) efrem09.zip И.А. Ефремов "Таис Афинская"      Последнее произведение Ивана Ефремова освещает один из острых периодов истории античного мира - эпоху войн Александра Македонского. Автор много внимания уделяет учениям греческих философов-гуманистов, чьи взгляды на мир оказали большое влияние на формирование общечеловеческой морали, и вдохновляющей роли искусства в жизни человека.
     Главная героиня романа Таис Афинская, участница походов Александра Македонского, - подлинная историческая личность.
text.gif (229 bytes) efrem10.zip Статья из журнала Техника-Молодежи  
text.gif (229 bytes) efrem11.zip Биография И.А. Ефремова  
text.gif (229 bytes) efrem12.zip Цитаты из книг И.А. Ефремова