Домой Старое кино История моды Журналы Открытки Музыка Из моих архивов Гостевая книга Форум
Забытые имена 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14
-
Добродетельный соблазнитель Евгений Шварц (Евгения Шварца обожали женщины, дети и домашние животные. )
-
Звезда советской эстрады 70-х Лариса МОНДРУС: "После того как мы с мужем эмигрировали из СССР, обо мне писали, что я застрелилась на лестнице нашего посольства в Израиле"
-
Немец с русской душой (Выдающийся бас Иван Ребров установил рекорд За 40 лет творчества он выпустил 50 золотых дисков)
Добродетельный соблазнитель Евгений Шварц
Евгения
Шварца
обожали женщины, дети и домашние животные. Лучших доказательств того, что Шварц
был хорошим человеком, не
придумать. И, хотя это обстоятельство еще не гарантирует счастья, хороший
человек Евгений Шварц прожил очень счастливую жизнь.
Хороший человек, проживший счастливую жизнь, может, и не совсем оксюморон. Ну а если эта жизнь, 60 с небольшим лет, совпала большей своей частью с победой рабоче-крестьянской диктатуры и ее последствиями? А если человек - писатель, ни словом не солгавший ни в одной из своих книг? И не только не солгавший, а написавший - открыто, не в стол, а для постановки на сцене - "Тень", "Голого короля" и "Дракона"? Писатель, ни разу не пропевший осанну власти и не замаравший рук подписью ни под одним доносом. И при всем при этом бывавший на допросах у следователя лишь в качестве свидетеля, да и то по смехотворному, в сущности, делу - о разводе Бориса Житкова с повредившейся рассудком супругой...
Ее звездный час пришелся на конец 60-х-начало 70-х годов, когда она была советской суперпопулярной певицей. Песни Ларисы Мондрус знала вся страна, из окон и с танцплощадок неслись шлягеры "Синий лен", "Детство мое, постой!", "Неужели это мне одной?"...
Звезда
советской эстрады 70-х Лариса МОНДРУС:
"После того как мы с мужем эмигрировали из СССР, обо мне писали, что я
застрелилась на лестнице нашего посольства в Израиле"Эх, проворонили советские пропагандисты фантастическую биографию Ларисы Мондрус! В борьбе с идейными врагами Лариса могла стать крупным козырем! Ее фотография подошла бы к любой прокламации про демократию и права человека в СССР. Смотрите, мол, господа капиталисты, мы ее родили-растили-учили, сделали звездой и... выпустили. Молодую, талантливую, красивую, даже не помучили как следует. Что же до причин эмиграции, они банальны: легкой жизни захотелось и легкой музыки...
"ФУРЦЕВА ЛЮБИЛА МАГОМАЕВА. А МЕНЯ НЕ ОСОБЕННО"
— Лариса Игоревна, честно признаюсь, за справками о вашей популярности на
эстраде мне пришлось обращаться к старшим коллегам.
— Это не удивительно, мы с мужем покинули Советский Союз в 1973 году. Вас тогда
наверняка еще на свете не было.
—
Мне тем более трудно представить, как вы решились на столь отчаянный шаг. До сих
пор при слове "эмиграция" вспоминаю эпизод из кинофильма, увиденного в детстве.
В нем главные герои переезжают на новую квартиру и застают там прежних жильцов.
Те с виноватым видом собирают чемоданы. В ходе беседы выясняется, что они
навсегда покидают родину. Тогда, в порыве праведного гнева, героиня бросает им
вслед: "Предатели, попроситесь еще назад, а мы вас не возьмем!".
— Нас провожали приблизительно так же. Но для отъезда у меня были очень
серьезные причины. Поначалу моя карьера складывалась великолепно. Было время
хрущевской оттепели. Я приехала в Москву, будучи уже довольно известной
латвийской певицей. Мои песни "Синий лен", "Озерный край", "Снежинка" были
известны на всю страну. Потом все чаще и чаще в мой адрес стал звучать вопрос:
"Чем вы воспитываете массы?".
читать далее
Немец с русской душой
Выдающийся бас Иван Ребров установил рекорд За 40 лет творчества он выпустил 50 золотых дисков
Всего три месяца назад певец Иван Ребров триумфально выступал в Вене, в апреле собирался возобновить свои концерты, но Бог рассудил иначе.
Из-под полы
В
70-е диски Ивана Реброва расходились у нас, что называется,
«из-под полы», проникая
сквозь пограничные кордоны диппочтой, через радиоволны
«вражьих» голосов. Самые
счастливые всеми правдами и неправдами становились обладателями его
фирменных дисков, иные слушали бархатный голос Реброва с магнитофонных
катушек или с начинавших входить в моду кассет.
И никто не знал, что «запретный» Иван Ребров (а, вернее, Ханс-Хольф Риппер – таково было настоящее имя скончавшегося в среду в Германии артиста) уже дважды побывал в СССР – конечно, не как певец, а как обыкновенный турист.
В ранге уже мировой звезды Ребров приехал в Советский Союз только в самый разгар перестройки, в мае 1989 года, выступив с концертами во Дворце спорта «Динамо» в Москве. Собравшиеся на выступление своего любимца поклонники поверить не могли, что видят перед собой «того самого» Ивана Реброва. Но это был он – настоящий богатырь под два метра ростом, в черной рубашке с массивным декоративным крестом на груди, шубе и неизменной собольей шапке на голове. Соболя были самого высокого качества, а вот говорил по-русски Иван Ребров не так хорошо, как пел. Впрочем, русским он был ведь только наполовину.
По материнской линии
Его мать – Наталья Нелина была русской, неплохо пела и выступала даже с самим Шаляпиным. Говорят, что отец Ханса Хольфа был евреем (такие слухи возникли также и потому, что сразу после прихода к власти нацистов семья Рипперов покинула Германию), хотя сам артист никогда этого не подтверждал. Когда семья вернулась в Германию (разумеется, Западную), Ханс Хольф стал профессионально заниматься вокалом у прославленного греческого певца Александра Кипниса – обладателя одного из самых «глубоких» басов в мире. У молодого немца ведь тоже был бас. Хотя уже в самом начале его карьеры обнаружилось, что в голосе Ивана Реброва (этот русский псевдоним будущая звезда взяла уже в самом начале своего творческого пути) скрыто 4,5 октавы. Да, от природы это был бас, но такой бас, который временами мог превращаться в самый настоящий тенор и более того – возноситься до высот колоратурного сопрано. До тех пор таким удивляла только одна Има Сумак – знаменитая перуанка, приезжавшая, кстати, и в СССР в конце 50-х годов.
Казачий хор
Начав
карьеру с русской песни, романса и духовной музыки в известном на весь
мир Хоре донских казаков Сергея Жарова, Ребров продолжил ее в жанре
оперетты, хотя пел и в опере. Одной из лучших партий Реброва был Дон
Базилио в
«Севильском цирюльнике». Артист
обладал незаурядным мастерством характерного амплуа.
Именно этот дар впоследствии позволил ему стать, без сомнения, и лучшим в мире исполнителем партии Тевье-молочника в обошедшем сцены всего мира мюзикле «Анатевка» ( «Скрипач на крыше»). В этой роли Ребров вступал более 1400 раз. Чем не рекорд для Книги Гиннесса?
Впрочем, если уж говорить о рекордах, то был и еще один – не менее впечатляющий. 50 (!) золотых дисков за 40 лет творчества. Подавляющее большинство из них было посвящено русской музыке. И советской. Последней, правда, было немного. Хотя именно «Полюшко-поле» стало своеобразной «визитной карточкой» Ивана Реброва. Эту песню про героев Красной армии Ребров спел и в Москве вместе с оркестром народных инструментов имени Осипова почти 20 лет тому назад. Правда, герои тогда у нас были уже совсем другие, да и Красной армии след простыл.
Почетный гражданин
Подмостки сцены Иван Ребров не оставлял почти до самого последнего дня своей жизни, давая по 200 концертов в год – несмотря на ухудшившееся состояние здоровья. Как-никак артист уже перешагнул 75-летний рубеж. Теперь с концертов он все чаще возвращался уже не в свою мюнхенскую резиденцию, а на греческий остров Скопелос, пользуясь благотворным климатом, с помощью которого боролся с преследовавшим его диабетом. А к высшей награде Германии – Ордену за заслуги добавился титул Почетного гражданина Скопелоса.
Донес душу
– Каждый день я молю Бога, чтобы он позволил мне выйти к моим слушателям, – говорил Иван Ребров, заметивший в своем последнем интервью, что он «всю жизнь старался донести до немцев русскую душу». Надо сказать, что ему это удалось – немцу с русскою душою. Так чаще всего и называли Ивана Реброва.