ОЖИВШИЕ РИСУНКИ
или «Мультипликация начинается там, где кончаются возможности других видов искусств»

Эту крылатую фразу произнес в свое время известный болгарский режиссер-мультипликатор Тодор Динов. И с ним трудно не согласиться. Возможности рисованного и кукольного фильмов так велики, что границы их действительно трудно определить. «Оживляя» рисунок или неодушевленные предметы, мультипликатор способен воплотить на экране любой замысел, доступный человеческой фантазии, сделать невозможное возможным. Более того, наша фантазия нередко отстает от возможностей этого вида искусства. Мы иногда просто теряемся от такого огромного богатства и напоминаем человека, который, обладая волшебным перстнем, способным выполнить любое желание, не знает, чего же пожелать. По инерции мы все еще считаем мультипликацию видом киноискусства. Казалось бы, так оно и есть: мультипликационные фильмы снимаются на кинопленку, демонстрируются на экране в кинотеатре, но... на этом сходство и заканчивается. Если внимательно разобраться, какими средствами создается образ в игровом кинематографе и в мультипликации, то нетрудно убедиться, что мультипликация гораздо ближе к графике; живописи и скульптуре, с одной стороны, и к поэзии, музыке — с другой. А точнее, мультипликация — это оригинальное искусство, родившееся на стыке других видов искусства и впитавшее в себя их черты. Часто мультипликации называют искусством оживших рисунков или нарисованного движения.